Германия: опыт благотворительности

21_2008_19_m
Авторы:


Поле согласия
Темы: , , , , , .
В любом рассуждении о том, «как нам обустроить Россию», совершенно неизбежна линия сравнения – «А как там у них?» Причём «они» – это кто угодно, начиная от китайцев и заканчивая американцами. Я не претендую на то, чтобы быть экспертом по китайцам, но, работая сейчас в Германии, хочу поделиться наблюдениями за тем, как финансируются здесь Церковь, церковные и светские благотворительные организации.

 

Налог в пользу Римского Папы

Представьте себе, я прихожу домой и обнаруживаю в почтовом ящике извещение из баварского Министерства финансов, в котором чёрным по белому написано, что с меня как с добросовестного немецкого налогоплательщика взыскано в пользу Римско-Католической Церкви 100 евро за каждый трудовой месяц… Я был в шоке: это ещё почему, с какой стати я им должен платить?!

Оказалось, что в Германии всех баварских трудящихся по умолчанию «записывают в католики». Узнал я это через пару месяцев после начала своей работы, получив из минфина Баварии детальную распечатку всех своих налоговых вычетов. Только после продолжительной борьбы с немецкими бюрократами мне удалось убедить их, что налог в пользу Католической церкви с меня вычитать совершенно неуместно. Борьба состояла в том, что мне пришлось заказывать справку о своём налоговом статусе с прежнего места жительства (нечто вроде нашего ИНН), в котором я никак не значился в числе католиков.

21_2008_19_dinay

Признаться, я был изрядно удивлён самим фактом финансирования Церкви путём такого её взаимодействия со светскими властями. Православная Церковь в Германии, к сожалению, правом регулярного сбора налогов не пользуется, и своему приходу я помогаю традиционными способами, то есть через банковские переводы и пожертвования наличными. А Католическая и протестантская Церкви финансируются именно благодаря церковному налогу. Эта система начала складываться в начале XIX века в связи с произошедшей в 1803 году секуляризацией церковных имуществ. Государство, хотя и отобрало у Церкви независимый источник финансовых средств, не оставило её в нищете, наделив правом собирать церковный налог.

Всё происходит очень просто: по вашему желанию немецкие налоговики взыскивают определённый процент от подоходного налога в пользу либо Римско-Католической, либо Евангелической Церквей. Так, в 2004 году по Германии было собрано около 3,6 миллиардов евро церковного налога в пользу протестантов, и 4,2 миллиарда евро в пользу католиков. Немецкое государство добавляет и свои собственные средства к финансированию церковных структур, участвующих в общественной жизни.

На преподавание Закона Божия в школах ежегодно выделяется 2,6 миллиарда евро из нецерковных средств за счёт бюджетов федеральных земель. Университетские факультеты богословия и церковные высшие учебные заведения получают около 600 миллионов евро в год. Сравнительно небольшая сумма идёт на содержание военных, полицейских и тюремных капелланов – около 70 млн евро в год. Не поддаются учёту затраты местных властей на возведение и ремонт храмов. Государство также принимает участие в работе независимых церковных благотворительных организаций, таких, как Brot für die Welt («Хлеб для мира») и Misereor («Сострадаю»), добавляя к их 500 миллионам евро годового бюджета свою лепту в 160.

Лейпциг

Если кому-то кажется, что в России происходит «огосударствление» Церкви, что государство и местные власти чересчур активно участвуют в церковных проектах, слишком много куда Церковь «пускают», пусть он поедет в Германию и убедится, что на деле Российское государство ещё слишком мало тратит на помощь Церкви, слишком мало заботится о духовном благополучии россиян и слишком мало где Церкви позволяет развернуться.

 

«Kirche in Not» – право, славный подход!

Первое, что хочется отметить, – обилие в Германии устойчивых общественных благотворительных институтов, средства на деятельность которых поступают из частных, и, как правило, анонимных источников, а решения об их распределении принимаются в рамках процедуры, сходной с процессом распределения грантов на научные исследования.

Одной из таких структур является организация «Kirche in Not» («Церковь в беде»). Она была основана в 1947 году нидерландским католическим священником Веренфридом ван Страатеном (Werenfried van Straaten) с целью сбора еды для немецких военнопленных. Патер Веренфрид собирал по нидерландским деревушкам ветчину и сало, за что и получил прозвище «Speckpater», которое можно перевести как «ветчинный батюшка» (точнее было бы – «Отец Шпик», но слово «шпик» у многих сегодня ассоциируется не с салом и ветчиной, а со шпионами). Деятельность отца Веренфрида  быстро переросла эту узкую задачу. Окормление католической паствы в раздёрганной послевоенной Европе требовало мобильности духовенства, и по инициативе того же священника был начат сбор автомобилей для клириков, появились первые передвижные церкви. Вскоре была развернута помощь священникам, оказавшимся в «восточном блоке», организованы добровольческие команды из молодёжи для постройки храмов.

21_2008_19_leipzig2460

Однако самое замечательное в деятельности «Kirche in Not» – то, что из начинания одного человека она переросла в огромную структуру, которая, благодаря авторитету своего основателя, сейчас пользуется заслуженным доверием огромного числа частных лиц, не боящихся, что их пожертвования пойдут не по назначению. В 2005 году организация собрала на благотворительные нужды 74 миллиона евро. Из одной лишь Германии за год в «Kirche in Not» поступило 10,3 миллиона евро от 55000 человек, т.е. в среднем немецкий благотворитель пожертвовал около 200 евро – сумма для немца за год совершенно незначительная. Но эти малые жертвы позволяют проводить огромное количество благотворительных акций. На сайте «Kirche in Not» можно прочитать отчёты, в которых учтён каждый евро в пожертвованиях, и подробно расписано, что и куда потрачено. Интересно, могут ли похвастать такой открытостью российские благотворительные фонды?

С 1992 года «Kirche in Not» по благословению Святейшего Патриарха Алексия II сотрудничает с Русской Православной Церковью. В частности, на Волге и на Дону плавает корабль-храм «Святитель Иннокентий», появившийся в юбилейный год нашего миссионера, основателя Якутской епархии, Митрополита Иннокентия (Вениаминова). Впоследствии на пожертвования «Церкви в беде» для Волгоградской и Камышенской епархии РПЦ были построены ещё два плавучих храма – «Святитель Николай» и «Князь Владимир».

Многие из читателей «Логоса», наверное, помнят, что в своё время в наших якутских храмах были доступны хорошо изданные детские Библии на якутском языке. Но мало кто знает, что это издание было профинансировано «Kirche in Not». Распространение Священного Писания – одна из важных задач этой организации. Так, одних только детских Библий на 118 языках мира за всё время существования организации было роздано около 36 миллионов экземпляров.

Сильная сторона «Церкви в беде» – тщательный отбор тех проектов, которые эта организация финансирует.

 

Diakonie и Caritas: без религиозных споров

Эти названия знакомы каждому немцу. Diakonie – протестантская организация, занимающаяся социальным служением, Caritas – католическая.  Масштаб их деятельности грандиозен.

В Caritas, например, работает на основе полной занятости 460.000 человек в 950 больницах, 1.410 домах престарелых и 1.200 общежитиях для молодёжи. Эту организацию основал католический священник Лоренц Вертманн (Lorenz Werthmann) в 1897 году. Финансирование её лишь на 10% осуществляется за счёт церковных средств, в остальном оно идёт из региональных и федерального бюджетов, а также за счёт пожертвований частных лиц. Некоторые направления деятельности, такие, как дородовые консультации и социально-психиатрическая помощь, полностью финансируются Церковью.

21_2008_19_leipzig2467

Полный список направлений, в которых работает Caritas, займёт целую страницу, назовём лишь наиболее важные: забота о престарелых, помощь инвалидам и одиноким матерям, детский отдых, работа с трудными подростками, сбор одежды, телефонная психологическая помощь, работа с мигрантами. Важно, что вся деятельность организации базируется на христианских принципах. Ей по-прежнему удаётся сохранять, несмотря на все сложности с современным европейским законодательством, право увольнять с работы лиц, открыто попирающих принципы христианской морали.

Протестантский аналог этой организации – Diakonie – занимается схожим служением. Она была основана в 1849 году как «Центральная организация немецкой евангелической церкви по внутренней миссии». В сумме бюджеты Diakonie и Caritas составляют 45 млрд. евро в год.

 

Налога немного

Можно обвинять людей в лицемерии, когда они пытаются за своё добро что-то получить взамен. Действительно, если вполне следовать Евангелию, мы не должны здесь на земле ждать воздаяния за оказанные благодеяния. Однако немецкая система возврата налогов со средств, потраченных на общественно полезные цели, как мне кажется, позволяет добрый порыв души, который бывает у каждого из нас, подкрепить экономическим стимулом, чтобы он по нашему малодушию не потерялся бы по дороге от дома к отделению банка.

21_2008_19_munhen

Именно пожертвования на церковные, благотворительные и общественно полезные цели здесь не облагаются налогом, поэтому, отдав 100 евро на благое дело, и обратившись в соответствующие финансовые инстанции, вы получаете назад некую часть этой суммы. Такая система очень эффективна ещё и вот почему: пожертвования на благотворительность приобретают системный и регулярный характер, немецкий налогоплательщик отнесёт деньги скорее в церковный благотворительный фонд, чем подаст лже-нищему на улице.

Примеры из немецкой жизни свидетельствуют о том, какое широкое поле деятельности открыто перед нами в России и Якутии. Важно, что все те инициативы, о которых я написал, начались снизу и были поддержаны сверху – как гражданскими, так и церковными властями. Церковь не может оставаться в стороне от жизни общества, не может позволить себе уйти в гетто и ограничиться только богослужебной жизнью. Но Церковь – это не только священноначалие, от которого мы ожидаем руководства к действию. Это – все мы, и каждый из нас может активно изменять окружающую действительность в христианскую сторону. Мы не можем жить по принципу «Велели проявлять инициативу, а как проявлять – не сказали». В любом случае, дело за молодыми – за нами.

 

Андрей ЗАЯКИН