Мы едем к тем, кто нас ждёт

25_2010_17_m
Авторы:


Особая миссия, Самое главное
Темы: , .

…Якутия – край поистине уникальный. Ну в каком ещё регионе России, для того чтобы из районного центра добраться до отдалённого села, приходится привлекать на помощь винтокрылые машины – вертолёты? И где ещё расстояния и бездорожье способны прервать сообщение каких-нибудь «медвежьих уголков» с «материком» не на недели даже – на долгие месяцы?

Между тем, в этих сёлах и посёлках живут люди, которые в пастырском слове нуждаются не меньше, чем их земляки в больших городах. А может, даже больше, поскольку не имеют возможности бывать в храмах регулярно. Вот почему в Якутской епархии был создан миссионерский отдел, занявшийся распространением православной веры. Возглавляет его настоятель Преображенского кафедрального собора иерей Сергий Клинцов.

Священнослужители, регулярно отправляющиеся в такие поездки по районам республики, никогда не подсчитывали километры, которые довелось им намотать за эти годы. Просто они давно бы уже сбились со счёта, ведь он идёт на тысячи. Но если судить по тому, сколько новых православных общин появилось в Якутии за эти годы, сколько было построено храмов и сколько людей открыли для себя путь к ним, все эти дороги были не зря…

Именно об этом мы и говорим с клириком Никольского храма г. Якутска протоиереем Михаилом Павловым, за плечами у которого их, этих дорог, тоже несчётное количество.

О. Михаил с прихожанами

О. Михаил с прихожанами

– Отец Михаил, а как Вы определяете для себя очередной маршрут – куда отправиться на этот раз?

– Так уж сложилось, что у каждого священнослужителя, участвующего в миссионерских поездках, какое-то своё направление. Ведь ездить мы начали давно – ещё с девяностых годов, при архиепископе Якутском и Ленском Германе. Это была потребность, продиктованная жизнью: епархия у нас огромная, а священники есть не везде. Именно с тех пор я стал посещать Верхнеколымский район, Зырянку, где позднее, в 1995 году, появился приход. Жаль, выбираться удаётся не часто. И в Якутске службу не всегда оставишь, да и авиабилеты дороги.

Ещё одно моё направление – Нижнеколымский улус. Но в Черский получается выезжать ещё реже…

– Всё по тем же причинам отдалённости и дороговизны?

– Да. Ведь туда лететь четыре с половиной часа! Порой между областными центрами центральной полосы России расстояния меньше. Когда, бывает, рассказываем священникам других епархий, каким образом нам приходится добираться в свои приходы, те только ахают. Потому что там всё рядом и чтобы доехать до самого дальнего прихода, зачастую всего-то и нужно – пара часов на машине. А тут четыре! И – на самолёте…

Ещё посещаю общину в Батагае, что в Верхоянском улусе, которая была образована в 1998 году.

– Чем приходится заниматься священнику в таких поездках?

– Тем же, что и обычно, только нагрузка возрастает в несколько раз. Ведь в иных наслегах священнослужителя люди порой видят раз в несколько лет, а потому за неделю нужно успеть многое. Совершаем богослужения, крещения, венчаем и отпеваем… На месте захоронения осуждённых Янлага в Батагае, например, освящали крест. Как известно, этот посёлок когда-то был создан заключёнными Дальстроя.

Но самое главное – несём слово Божье тем, кто готов его принять. Если бы вы знали, сколько людей сегодня обращаются в веру! Практически в каждом улусе уже есть своя православная община.

– Вы  служите только в райцентрах или выбираетесь и в наслега?

– Если есть транспорт, стараемся ездить и туда. Особенно, если зовут.

Однажды в Нижнеколымском улусе нам пришлось почти 16 часов трястись на КАМАЗе практически по бездорожью. Мы направлялись из Черского в посёлок Андрюшкино, где живут чукчи, юкагиры, якуты, русские. И когда прибыли туда, оказалось, что я стал первым священником, побывавшим там, за всю историю посёлка. Дело в том, что в Андрюшкино очень сложно попасть – летом только самолётом, который бывает один раз в месяц.

25_2010_17_3

Мы совершили там крещение в музыкальной школе (за неимением другого помещения), отслужили литургию, люди исповедались, причастились… И чувствовалось, что для них это был настоящий праздник.

– По сравнению с теми годами, когда вы и другие священники только-только начинали миссионерские поездки, ситуация в республике изменилась?

– Ну вот пример: есть в Батагае молитвенный дом. А скоро, возможно, появится и храм. Потому что нашлись люди, которые хотят, чтобы там, где живут их дети, стояла бы настоящая церковь. Уже выбрано место, есть проект…

В последние годы растут приходы. Заметно увеличился он в Батагае. В Зырянке стал поменьше, но по объективным причинам: люди покидают посёлок, уезжая за пределы Якутии.

Думаю, во многом благодаря миссионерским трудам наших священнослужителей, в республике появились новые храмы в Сунтаре, Сангаре, Жиганске. Построена церковь в Усть-Нере, где сегодня служит отец Дионисий Сеничев, который много ездил по всей республике.

Сложнее работать в районах, где живёт в основном коренное население, придерживающееся языческих верований. Там, чтобы за тобой пошли люди, требуется настоящее подвижничество, они должны видеть твою жизнь. Ведь люди идут за тем, кому верят.

И всё-таки главный результат – это то, что возникают крепкие общины верующих. А потом уже открываются воскресные школыезультатом этихз поездак стали новые храмы?

Да. В Сунтаре, в Сангре, возводятся храмы, в сёлах оживает духовная жизнь…

– Отец Михаил, а если в следующий раз в каком-нибудь дальнем посёлке, вроде Андрюшкино, люди священника увидят опять через много лет? Как Вам удаётся сохранять своих прихожан? Не бывает ли жаль трудов?

– А до революции как было? Точно так же. И раньше священники в России, известной своими безграничными просторами, окормляли дальние приходы, благодаря таким же миссионерским поездкам. Просто батюшек было больше, как, впрочем, и храмов.

Мы стараемся раз-два в год бывать во всех улусах обязательно. Но если человек искренне желает спасения, думаю, он всё равно найдёт свою дорогу к Богу, даже если в том месте, где живёт, церкви в её материальном воплощении пока нет…

– Отец Михаил, новое время – это новые возможности. Священнослужители давно на «ты» с компьютером. Возможно ли, что когда-нибудь интернет раз и навсегда отменит миссионерские поездки?

– Может, в чём-то это и выход, но! Разве могут высокие технологии заменить живое общение священника с паствой, а тем более Таинства Церкви, через которые подаётся Божия Благодать?..

 

Елена ВОРОБЬЕВА