Галина: четыре сыночка и… нерождённая дочка

31_2012_6_m
Авторы:


Откровение, Самое главное
Темы: , , , , , , , , , , , .

«Я своими руками убила ту, о ком больше всего мечтала», – и сегодня с болью говорит мать четверых сыновей о своей дочери, которую она лишила жизни. Сейчас ей было бы почти 25…

 

Плач из сна

…Перед тем, как начали появляться дети, случился выкидыш. Галя сильно горевала, долго не могла забеременеть. Наконец, родился первенец, Артём. И это было такое счастье! От радости молодая мама не ходила – летала! Казалось, так будет всегда.

А потом она сделала аборт. Муж загулял, и простить предательство сил не хватило. Семья распалась.

«После больницы я с месяц находилась в жуткой депрессии. Такой надлом был психологический! Я поняла, что совершила что-то непоправимое. Именно в тот момент дала обет – на аборт больше не пойду никогда. Как бы обстоятельства ни сложились».

Забегая вперед, скажем: слово своё Галина Голованова сдержала. Когда ситуация «похода налево» один в один повторилась со вторым мужем, на этот раз Ванечка родился. Хоть и без отца. И, между прочим, без благословения гинеколога, категорично настаивавшего на аборте. Врач оправдывал его далеко не юным возрастом мамы, кучей имеющихся у неё болячек и напирал на то, что своим необдуманным поведением она может «осиротить троих детей».

А за девять лет до этого родственники, живущие на Украине, дружно уговаривали её избавиться от Игоря, которым Галя забеременела во втором браке, когда Алёше было всего восемь месяцев. Убеждали: мол, как ты с тремя справишься, никого из родни рядом нет, кто поможет? Ругали даже. Однако Галя, памятуя об обещании больше не убивать своих детей, стояла на своём. «И снова, как и в первый раз, почувствовала при рождении ребёнка ни с чем не сравнимое счастье. Поэтому все доводы родственников просто не имели никакого смысла!»

…В Якутске, куда наша героиня переехала из Нижнеянска, где и церкви-то не было, она первый раз пошла на исповедь. Которая была настолько спонтанной, что, исповедуя грехи, об аборте… забыла. «Представляете, о самом тяжёлом – человекоубийстве! – даже не вспомнила!»

В ту же ночь Гале приснился сон, который она помнит столь детально, будто видела накануне. Она явственно почувствовала, что потусторонняя жизнь существует. Ей явилась нерождённая дочка. С тех пор Галина неизменно рассказывает увиденное женщинам, которые хотят сделать аборт, – вдруг это поможет уберечь от убийства хотя бы одного ребёнка?

31_2012_6_Scott-Liddell

«Никогда этот сон не забуду! Будто иду я по золотистой песчаной дорожке. Слева – сад необычный, диковинный. Голубой какой-то, бирюзовый. Церковь в глубине, звон колокольный слышится. А справа – лес. Тёмный, мрачный. И оттуда – детский неприкаянный плач. Так и тянет за душу, так и рвёт её на части. И – пугает.

И вот я всё стараюсь от этого мрачного леса подальше отойти. И смотреть даже туда не хочу. 

Вдруг вижу: с церковными песнопениями святые отцы приближаются. Посередине,  видимо, какой-то митрополит, потому что в клобуке. Рядом – священство, позади – монахи, все с хоругвями. Я остановилась, а митрополит этот на меня сурово так смотрит. Мне даже не по себе стало. Думаю, наверное, это он недоволен, что я им путь преградила! Отбежала к тёмному лесу. Вдруг меня мысль пронзает: а почему я сюда-то бегу? Возвращаюсь обратно, ближе к саду. Процессия проходит. И тут меня озаряет: а я-то почему в обратную сторону направляюсь? Я же за ними должна идти! Но только я собралась это сделать, как непрекращающийся детский плач стал ещё громче, ещё сильнее.

Святой обернулся и говорит: «Не ходите за нами! Разве Вы не видите, что Ваш ребёнок нам мешает?» И показывает в сторону леса.

Смотрю: а там девочка стоит в сиротском каком-то сереньком платьице, лет 11-ти (как раз столько времени прошло с аборта), держит впереди себя в сжатых кулачках корзиночку. И плачет. А головка – младенческая, лысая – к небу запрокинута.

Вот этот плач и привёл меня в церковь…»

 

«Рожай! Я возьму!»

Так вышло, что в середине 90-х Галина работала в Москве. «По каким только храмам ни ходила! Даже к странствующим монахам однажды прибилась. Тётка мужа, помню, даже забеспокоилась: не попала бы к сектантам! Пока не познакомилась с отцом Артемием Владимировым. Он и стал меня наставлять. Наложил епитимью за этого ребёнка. Я её выполнила. А после всех старалась оградить от рокового шага…»

И ей это удавалось. Только один пример: когда дочка приятелей, уже имеющая девочку, второй раз вышла замуж и забеременела, супруг потребовал сделать аборт. Мотивируя, что ни жилья своего нет, ни средств. Как только Галина её ни уговаривала, какие только доводы ни приводила! Та всё упиралась. И тогда Галя, у которой на тот момент уже своих было четверо, решилась на крайнюю меру. Предложила: «Давай договоримся так: рожай! А я его себе возьму. Где четверо – там и пятеро. Тарелка супа всегда найдётся. Насовсем не забираю. Когда захочешь – возьмёшь обратно. А муж, пока ты этого ребёнка носишь, смирится, свыкнется с мыслью, что он всё равно будет».

Так родился Стефанчик. Логичен вопрос: что же муж? А муж… души в сыне не чаял! А женщина та после ещё троих родила! Сначала двойню – мальчика и девочку и потом девочку. Теперь у неё пятеро деток.

31_2012_6_3

«Конечно, ей очень непросто. Но, я думаю, осознание того, что она всё сделала правильно, придёт гораздо позже. Главное – она не допустила ни одного аборта. У неё такого страшного смертного греха на душе нет. Я ей тогда говорила: «Господь всё устроит». Так и получилось: квартира есть, может, не такая шикарная, но ведь не на улице же, не снимают. Вполне возможно, что позднее жилищные условия ещё поправят…»

Убеждение, что «Господь всё управит», у Галины сформировалось с детства. «Я родилась на Западной Украине, где у всех традиционно много детей. Тётка моя, к примеру, 19 родила, выжило 11 (и то только потому, что в селе не было ни роддома, ни специалистов соответствующих). И всем хлеба хватило, все здоровенькие выросли, крепкие». Но особенно часто вспоминает она одну удивительную украинскую семью, где 11 детей не просто выросли трудолюбивыми, ответственными и умными – они ВСЕ школу закончили с медалями золотыми, институты – с дипломами красными, и сейчас занимают руководящие должности, высокие посты. «Поэтому я чётко понимала, что не в количестве детей проблемы. Они бывают психологического характера, материального. Однако всё можно пережить. А вот убивать детей нельзя. Потому что тогда-то и начинаются настоящие проблемы – духа».

 

Молитвенный «маячок»

У Галины, в отличие от многих так называемых «воцерковлённых», что необъяснимо становятся теплохладными, духовное притяжение к Церкви с годами не ослабло. И дети её – в храме. 30-летний Артём даже в нём работает. Все трое старших в своё время алтарничали. 22-летний Алёша и сейчас дело это в Покровском храме при женском монастыре не оставляет.

Все ходят на службы, исповедуются, причащаются.

Не могу удержаться, чтобы не спросить – как ей это удаётся?!

 «Ну как… Стараюсь. Прошу. Раньше по утрам и вечерам у нас была обязательная совместная молитва. Но сейчас я не насилую, не настаиваю. Прежде-то на молитву ставила, невзирая ни на что. Однажды, когда вдруг начали противиться, пожаловалась священнику – тогда ещё отец Игорь был. И он меня очень сильно отругал: «Зачем Вы их заставляете? Вообще их отвратите от Церкви!» И это стало для меня большим уроком. Я поняла, что можно только ПРЕДЛАГАТЬ вместе помолиться. Но если у кого-то дела или нежелание, настаивать не имеешь права. Тогда нужно просто вставать самой и молиться за них…

Конечно, всякие ситуации бывают, семья есть семья. Иногда и откровенно отлынивают от молитвы. Но я уверена – то зерно, которое посеяно в детстве, всё равно ростки свои даст. По себе сужу: я не помню, чтобы мама начинала какое-то дело без молитвы. Хотя это были советские времена, и богослужения она не посещала, но была верующей и жила по Евангелию. А бабушка – та вообще ничего не боялась и до 90 (!) лет КАЖДОЕ  воскресенье за 5 км в храм ходила…   

Помню, в детстве рано утром я просыпалась, когда мама вставала. Потом снова, конечно, засыпала, но в тот момент видела, что она наденет юбочку, косыночку и – сразу к иконкам. Помолится, а потом уже идёт заниматься своими делами. Несмотря на то, что мама, растившая нас троих без отца, рано умерла (я тогда только в седьмой класс ходила), думаю, что именно её пример стал тем самым «маячком», который всегда показывал мне единственно верный путь. Невзирая и, может быть, даже вопреки  разным жизненным перипетиям, трудностям и ошибкам, которые я совершала».

…Однажды Галина приехала на Рождество с детьми к родне. Все, как это всегда бывало, собрались, стол накрыли. «Встали и… не знаем, что сказать. И как-то само собой произошло – я вдруг прочитала «Отче наш». Откуда, спрашивается? Я ведь молитву эту никогда специально не учила! А вот из глубин памяти всплыло – как мама молилась. Старший брат тогда сказал: «Слава Богу, что хоть один из нашей семьи молитву знает! А раз мы уж такие нехристи, то пусть Господь нас простит!»

Господь не только простил – Он всё устроил так, что Николай, поначалу не знавший даже коротенькой молитвы, в Вечность – Царствие ему Небесное! – вошёл воцерковлённым. А если подумать – то и жил так, как не каждый православный христианин. К примеру, будучи старше Галины на девять лет, после смерти матери забрал их с младшей сестрой к себе. И, родив своих четверых, всех на ноги поставил. «Добрейшей души человек, он любил детей – буквально всех. И стариков очень жалел. Дачка у них с женой была, так пол-урожая старушкам раздавал. Всё у всех ремонтировал. Как ни посмотришь: то телевизор чинит, то ещё что. И старушки его настолько почитали, что звали только по имени-отчеству: Николай Ильич. С таким уважением! Я этим очень гордилась!»

Когда случилось несчастье – Галя, расставшаяся со вторым мужем, сломала шейный позвонок, – брат прилетел в Якутию нянчиться с ней и её детьми. И делал это – сколько бы вы думали? – ЦЕЛЫЙ ГОД!!!

Не устаёшь удивляться – как же у Господа всё промыслительно! Ведь именно здесь, в Якутске, в заботах о больной сестре, которая к тому времени была уже воцерковлённой, Николай тоже стал ходить в храм. И – проникся верой.

Сам заболел внезапно, болезнь прогрессировала стремительно – констатировали рак головного мозга, метастазы уже пошли. Стоял апрель. Галя, у которой, как у любого строителя (в отрасли этой – всю жизнь, с 2000 года трудится в стройкомитете Якутской епархии), отпуск бывает только зимой, взмолилась: «Отпустите! Брату очень мало времени осталось!» Отпустили. «Приехала, мы его пособоровали, потом в Почаев свозила, где он причастился… Так что ко встрече с Господом он подготовился по-христиански». Галина украинская родня сейчас в церковь ходит, правда, пока только по праздникам. И молиться обо всех тоже ещё в привычку не вошло. «Думаю, Господь всегда хоть одного молитвенника из рода ставит. Сначала это были бабушка, мама. Но вот их не стало… Кто-то должен продолжать! Вот я и молюсь. За всех. Надеюсь, что мои ребята этого не забудут…»

 

13-й кондак

Проще всего Галине было вводить в церковь младшенького – он все службы слышал, ещё будучи в мамином животе. А потом с рождения до шести лет каждое воскресенье причащался. Со средними погодками особых проблем тоже не было: когда началось материнское «погружение» в веру, они были маленькими и послушно шли в храм за ручку.

А вот старшего, в ту пору 13-летнего, пришлось завлечь… хитростью. Для него путь в храм начался с работ «на монастыре», куда Галя устроила его «по знакомству». Платила же… сама. 500 рублей в месяц. Тогда это были ещё деньги! Удивительнее всего, что с первой «зарплаты» сын купил матери… костюм.

31_2012_6_5

Ну, а поскольку Артём работал в церкви, то и к службам потом естественным образом примкнул. Правда, не всё было так бескризисно. «Ещё до армии он на протяжении где-то лет двух как-то отошёл от Церкви. Я постоянно стучалась к нему в комнату: «Ты в храм идёшь? – Нет». И так – каждое воскресенье. Пока он однажды не взорвался: «Мама! Я когда сам решу, тогда и пойду! Тебе не надоело каждое воскресенье ко мне стучать?» Я тогда ему ответила: «Сынок, конечно, пойдёшь, за тебя же полмира молится! Я всех прошу, кто где есть – и в Москве, и по монастырям. Но, понимаешь, когда человек упирается, Господь его скорбями к Себе приводит. А я-то хочу, чтобы ты добровольно это делал!»

И в храм отправилась. Захожу… а он там уже стоит! Как это у него получилось, до сих пор не понимаю – он же ещё не одет был, когда я к нему стучала! И после этого разговора стал бывать в храме постоянно…»

Что касается Священного Писания, никогда его сын не читал столь много, как в армии. Странно? Только если не знать ситуации – нестандартной до дикости, – проверившей его на поступок. Зашёл однажды в туалет – а там лежит… Евангелие. С вырванными страницами.

Да уж, воистину неисповедимы пути Господни!

…В последний час перед Новым годом в семье принято читать акафист. Так мама однажды предложила сыновьям поблагодарить Бога за прошедший год. Прижилось. Сейчас она уже точно и сказать не может, когда такая потребность возникла. Единственное – помнит, что акафист поначалу был собственноручно ею из какой-то книжки переписан.

С акафистами у них вообще отношения особые. К примеру, «Невесто неневестная» к Божьей матери (читать за детей благословил давно отошедший в мир иной архимандрит Апелий из Почаева, которого Галина считает своим духовным отцом) неизменно помогает при «потере» сыновей. Всего лишь парочка примеров. «Помню, Игорь как-то в 3-м классе загулял – повадился на лифтах с ребятами кататься. И вот вечер уже, а его всё нет и нет. Телефонов тогда не было. Говорю: «Ребята, становимся на молитву!» Я всегда очень верила, что если помолюсь, Господь всё устроит и поможет. И правда, на 13-м кондаке Игорь появился.

То же самое – со старшим сыном в 16 лет было. Поругались, он взял документы, хлопнул дверью и ушёл из дома. «Больше не вернусь!» Сначала, как водится, – слёзы, сопли. А потом: надо что-то делать! А что делать? Я же не знаю, куда он пошёл! Ночь на дворе, бужу своих: «Ребята, вставайте, ваш брат ушёл из дома!» На 13 кондаке акафиста – звонок по телефону: Артём от друга звонит… Убедила вернуться».

 

Послушники

Когда Галина пожаловалась почаевскому наставнику, что сыновья не дружат с книгой, помимо чтения акафиста, молитв и поста за детей в понедельник (к традиционным среде-пятнице) отче повелел Галине… продать телевизор, видеомагнитофон и компьютерные приставки, которыми в 90-х поголовно увлекались все дети. Правда, сейчас Галина думает, что таким радикальным способом архимандрит в первую очередь ЕЁ от телезависимости избавил. Что интересно, дети приняли сей наказ как данность. И читать, по маминому выражению, «навыкли».

Несомненным показателем безусловного авторитета Церкви в семье, на мой взгляд, является и выполнение требования владыки Германа, который после девятого класса оставил Алёшу… на второй год. «Дело в том, что тот задурил – своего компьютера  дома не было, так он по клубам начал ходить. Даже убирался там, чтобы ему давали поиграть час-другой. Помню, как я бегала, угрожала держателям этих клубов, что в суд на них подам, если они будут его пускать! Причём так не месяц-два продолжалось – почти полтора года! Такая вот страсть была. Но, слава Богу, по молитвам всех, кого знала, Господь снизошёл и милостью Своей покрыл.

31_2012_6_4

В школе мне тогда поставили условие: «Поставим вместо «двойки» по химии «тройку», если Вы его после девятого класса заберёте!» Я позвонила владыке Герману, спросила – что делать? И он сказал: «Пусть остаётся на второй год». Лёша сначала даже опешил – как это? Потому что в Игорев класс же надо идти! Игорь: «Ты что, мама! Чтобы меня потом дразнили, что он такой двоечник?» Я: «Это благословение владыки!» А так как они его знают и очень уважают, пришлось смириться…»

Ещё архиепископ Герман, особенно тепло относившийся к Галиному старшему, хотел, чтоб Артём учился в семинарии. «Но он очень ответственный, считает: если нет позыва душевного, идти в семинарию будет нечестно по отношению к Богу. А мечтает всё же – уехать в Курск, к владыке…»

 

Четырёхлицая совесть

Есть ли ещё человек, с которого хотелось бы брать пример? Кроме собственной мамы? Оказывается, есть! И тоже мама – прораба строительного отдела, которая в Вилюйске церковь строит. «Я ею просто восхищаюсь! В жизни не слышала, чтобы она голос повышала. Ей 87 лет, правнуков уже семь или восемь. Когда все съезжаются, она оживает. Так вот её главный принцип: «Детей надо уговаривать!» Противница битья, криков. Ангел во плоти…»

Тут я просто не могу удержаться, чтобы не поддеть Галину: «А у Вас что же: битьё определяет сознание?»

К немалому удивлению, моя героиня признаётся, что даже и сейчас может тумаков сыновьям надавать. «Когда слов не хватает. Старшие часто укоряют, мол, их-то я ремнём порола, а младшего не трогаю. Лёша иногда подзуживает: «Ты посмотри, как он поступает! Ты его выпори, выпори!» Я: «Ему от вас дедовщины хватает!»

Тяжело, когда рядом – бессонная совесть? Да ещё и в четырёх лицах?

«Разное бывает, конечно! Случается, что и молитвы читать неохота, и правила пропускаешь… А дети всё видят. Надо быть очень внимательными в этом, заставлять себя, даже когда очень не хочется. Потому что стоит один раз дать слабинку, которую дети почувствуют, потом в разы сложнее будет… Помню, как-то упрекнула своих, мол, молитву совсем оставили. Получила в ответ: «А тебе всегда хочется молиться?»

Раньше, когда мы и в субботу работали, несколько раз ленилась на воскресное богослужение вставать. Утром так спать хочется, лежишь и думаешь, грешным делом: «Ой, один выходной, так устала! Ну, раз в месяц можно же не пойти на службу!» Пролежишь, а душа-то не на месте. Она тебя обличает. Вроде, спать сильно хотел, а уже и не спится. И поднимаешься, и бежишь в храм. Несколько раз к «Херувимской» приходила, к «Отче наш». Детей уж тогда не будишь – объясняешь потом, что сама проспала. Несколько раз так было, а потом я поняла, что смысла нет себя уговаривать, оправдывать. Душа – она тебе всё равно правду скажет! И дети…»

 

P.S. … «А за девочку мою нерождённую, за которую я каждый день молюсь, Господь меня простил. Я поняла это, когда выполнила епитимью. Потому что она мне снова приснилась. Сон был яркий и светлый-светлый. Будто бы стоит она в комнате перед зеркалом во всю стену, а я сзади платье ей поправляю. И голова – не младенческая и не лысая, а нормальная, соответствующая её возрасту. С локонами, бантом…

Нет, отчаяния уже нет. Но УБИЙСТВЕННАЯ память – она всегда со мной…»

 

Татьяна ДАНИЛЕВСКАЯ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *