Письма карандашом

33_2014_16_m
Авторы:


Откровение, Самое главное
Темы: , , , , , , , , , , .

… Прежде чем положить карандаш в коробку, мастер сказал ему: «Есть пять вещей, которые ты должен знать, отправляясь в мир. Всегда помни о них, и тогда ты станешь лучшим карандашом, каким только можешь быть.

Первое – ты способен сделать много великих вещей, но лишь в том случае, если позволишь Кому-то держать тебя в Своей руке.

Второе – время от времени тебе придётся переживать болезненное обтачивание, но это необходимо, чтобы добиться в своём деле совершенства.

Третье – ты сможешь исправлять ошибки, которые совершаешь.

Четвёртое – твоя наиболее важная часть всегда останется внутри тебя.

И наконец, пятое: где бы тебя ни использовали, сколько бы ты ни потратил сил, продолжай писать».

Я читала эту притчу и думала о Сергее Немировском. О его упрямом почерке, оставляющем деревянные и каменные послания Вечности…

 

Полутонный фундамент дружбы

Первое «письмо» было отправлено им 12 июля 2010 года – в День памяти святых первоверховных апостолов Петра и Павла; в их честь в посёлке их же имени – Петропавловске Усть-Майского района – состоялось освящение каменной церкви с иконостасом, изготовленным местными мастерами. Благотворитель построил её в память об ушедшем отце – известном в республике энергетике и энергостроителе Юрии Матвеевиче Немировском.

На табличке, прикреплённой к стене храма, есть невероятная надпись, что освящение совершил епископ Якутский и Ленский Зосима. К тому времени… почивший. «Что за мистика? – воскликнете вы, – этого не может быть, потому что этого не может быть никогда!»

Да просто табличка была сделана ещё при жизни архипастыря, который в 2008 году освятил в посёлке место и с генеральным директором ООО СК «Главэнергострой» заложил камень в основание будущего храма. В 2010-м Сергей Юрьевич обратился с прошением к тогдашнему временному управляющему Якутской епархией, архиепископу Иркутскому и Ангарскому Вадиму, и тот благословил оставить как есть.

Для Немировского это было важно, ведь его дорога к храму началась как раз с владыки Зосимы, а камень весом в полтонны стал фундаментом их дружбы и по сути его личной «вешкой», указывающей жизненное направление…

«Знакомство наше началось с моей… наглости. Я же тогда ещё был абсолютно далёк от Церкви. Но после смерти отца во мне вдруг появилось неодолимое желание возвести в его память храм – чтобы молились там за упокой его души. И вот я поручаю своему секретарю: «Позвоните епископу, пусть приедет в офис сегодня к трём часам».

Уже позже узнал, что вообще-то это хамство – вот так к правящему архиерею обращаться! И тем более запросто назначать ему встречу У СЕБЯ!!! А он приехал и ни словом меня не упрекнул. Потом, когда я у него прощения за это просил, он меня же ещё и оправдывал: «Ну ты же не знал, что так нельзя, поэтому и греха нет. Но даже если бы и нарочно так сделал, я бы… всё равно приехал. Потому что это людям нужно, Богу нужно – чтобы ты церковь построил».

В Петропавловск мы прилетели в пятом часу вечера. Непогода была. Глава района Юрий Боярский предлагает: «Может, завтра?» Владыка: «Нет, сейчас!» Столько детишек прибежало! Освятили место (позднее там крест поставили). Камень огроменный положили – заранее на погрузчике привезли. Побоялись, честно говоря, по маловерию своему поменьше взять – подумали, грешным делом, что утащить могут…

Только освятили, подъехали к гостинице – дождь хлынул. И лил, не переставая, трое суток. И все эти 72 часа мы с архиереем, который впоследствии сделался моим духовником, бок о бок провели, у нас и кровати рядом были. Вот с тех самых пор у меня всё в голове на свои места и начало становиться… И в душе.

А он, приезжая в Москву и наведываясь в гости, неизменно вспоминал поразившую его гигантскую чугунную сковородку из усть-майской гостиницы с романтичным названием «Ассоль», на которой я тогда изобразил кулинарный шедевр из целой ячейки яиц с колбасой, луком, сладким перцем и помидорами. Когда выпускали книгу, посвящённую его памяти, эту фотографию – с восхищённым владыкой рядом с мега-сковородой, – тоже опубликовали…»

 

Южные храмы

Построив свою первую церковь, Немировский… не смог остановиться. Как сам признаётся – «Тянет, ещё хочется. В Петропавловске люди так благодарны были! Старейшина пришёл… У них до сих пор там всё по-умному, как издавна повелось. И когда тебя буквально накрывает волна людской признательности, это настолько пробирает, что невозможно устоять и не продолжить дальше.

Вот и в Эльдикане нынче после освящения часовни одна женщина подошла ко мне и выдохнула очарованно: «Она ожила!» Я её слушаю, смотрю в её глаза, которые видят то, чего не вижу я, на её руки, которые она к своей груди прижимает, как будто плотину чувств сдерживает, и у меня мурашки по спине бегут…»

Теперь в Усть-Майском районе, помимо церкви в Петропавловске, есть ещё три часовни: во имя святых преподобных Сергия и Германа Валаамских – в Эльдикане, в честь иконы Божией Матери «Троеручица» – в Усть-Миле, в честь преподобного Амвросия Оптинского – в п. Белькачи. Эскизы для них сделал хороший знакомый Сергея Юрьевича, московский архитектор Андрей Олегович Матюшев, который интересуется деревянным зодчеством и в своё время разрабатывал для Тверской области проект часовни наподобие церкви в Кижах.

Что интересно, и храм, и все три часовни освящены либо в сам День памяти святых первоверховных апостолов Петра и Павла, либо накануне, либо на отдание праздника. Как и первая свая новой церкви в честь ещё одного святого апостола – Матфея, забитая нынешним летом. И этот проект так же финансово поддержит Немировский.

Чем так привлекает его Усть-Майский район? Наверное, в том числе и тем, что именно сюда в год смерти отца он протянул линию электропередачи и построил современную подстанцию. К слову, в Минэнерго РФ этот совместный проект «Главэнергостроя» и «Якутскэнерго», когда компанию возглавлял Константин Ильковский, нынешний губернатор Забайкалья, считается первым примером частно-государственного партнёрства.

Кстати, Немировский с Ильковским не только дружны и связаны одним общим энергетическим делом. Оба внесли и свою меценатскую храмовую лепту, и оба – на юге. Только Сергей Юрьевич – на юге Якутии, а Константин Константинович – на Южном Полюсе.

Да-да, это не опечатка! Когда Ильковский, на тот момент главный инженер Депутатского ГОКа, воплощал в жизнь проект по перевозке оловоконцентрата самым большим грузовым самолётом «Руслан» с посадкой его на грунтовую взлётно-посадочную полосу (впервые в истории транспортной авиации страны!), он сдружился с бывшим испытателем парашютов Петром Задировым. Пётр Иванович к тому времени возглавлял авиакомпанию по доставке грузов на оба полюса. И когда в 2004 году знакомые полярники попросили Задирова помочь построить православный храм в Антарктиде, в благом деле поучаствовал и генеральный директор ОАО АК «Якутскэнерго» Константин Ильковский.

В нынешнем году, на 10-летие самого южного православного храма – в честь Живоначальной Троицы, возведённого на прибрежной скале, возле российской антарктической научной станции «Беллинсгаузен», что на острове Ватерлоо, был совершён чин великого освящения церкви.

 

Страхующие молитвы

… Владыка Зосима вспоминал, что Усть-Маю раньше иначе, как медвежьим углом, не называли. И церкви там горели постоянно, только выстроят – обязательно пожар… А последние сто с лишним лет даже уже и не строили. «Когда мы взялись в 2008 году и разразился кризис, он очень боялся, что не сможем закончить. Правда, страхи свои не озвучивал. Вообще старался никогда не напрягать. И с владыкой Романом то же самое. Он постоянно говорит: «Господь всё управит. За это не надо переживать». Хотя, конечно, и самим надо стараться изо всех сил. Но иногда, бывает, не получается, долго не получается, а потом вдруг раз – и прорыв…»

… Те, кто связан с бизнесом, в курсе: лёгкого дела не бывает, а трудности по мере роста закономерно увеличиваются. Но, в отличие от неверующих, воцерковлённый человек знает, что всё не случайно, возможно, Господь так учит терпению и веру испытывает. Есть подобный пример и в жизни Немировского. Причём настолько показательный, что грех о нём не рассказать.

Однажды «Главэнергострой» должен был доставить для Усть-Майской подстанции 27-тонный трансформатор. Водитель, который его вёз, остановился в Нижнем Бестяхе на ночёвку. Выпил. Поутру стал сдавать назад и… ценный груз, находившийся на трале, опрокинул. Настолько неудачно, что «реанимировать» пришлось на Тольяттинском заводе.

Шофёр, разумеется, был уволен. И всё?! «Нет, я, конечно, зол был страшно. А потом сел, успокоился, подумал: что у него есть? Жена, двое детей и квартира. Конечно, если по справедливости, нужно было квартиру отобрать, чтобы хоть как-то наказать за проступок, стоивший мне миллионы. С другой стороны, я-то – бизнесмен, и это был мой риск. Если квартиру заберу, его семья всю оставшуюся жизнь будет меня проклинать. В общем, только премии лишил. Зарплату и то заплатил…»

И вот… Последние дни навигации. Отремонтированный трансформатор должен прийти в Томмот, где его ждут две баржи. Наутро трансформатор на месте, а ни одной баржи нет. «Выходим на них со спутника, они заявляют: «А там шуга идёт сверху, ничего не знаем и плевать нам на ваш трансформатор!» Что это значит? Что целый район остаётся в зиму без резерва мощности.

Я принимаю решение – двигаться в Хандыгу, навстречу шуге. Тут первый снег выпал, и по обочинам дороги уже машины битые в кюветах валяются. А мы тралом тащим трансформатор – самый опасный груз, потому что у него центр тяжести – вверху, а не внизу, любой шорох – и привет. Привозим, слава Тебе, Господи, в Хандыгу. Находим совершенно сумасшедшего капитана маленькой баржонки, который из тех, что до самого-самого всё выверяет и идёт на грани фола. Когда КРАЗ с трансформатором заехал на палубу, до кромки воды сантиметров 15-20 максимум было. Единственное – попросил подстраховать его ледоколом. Чтобы, если что, можно было вытащить. К счастью, не понадобилось.

Наконец, баржа подходит к Усть-Мае, трансформатор выгружают, она успевает зайти в затон, буквально 40 минут – и всё, лед встал. На следующий день непрерывно падает снег. А нам оборудование в гору ещё переть надо. Подъём тяжёлый, рискованный, но вариантов нет. Взяли «Кировец» и… затащили!

При всём раскладе не должны были, это невозможно. Но мы сделали. А почему? Потому что владыка Зосима молился за нас непрестанно. Хотя, честно признаться, я тогда, хоть и просил его молитв, но до конца в них не верил. Просто делал, что должен, что в моих силах. Это вообще моя принципиальная позиция – стараться по максимуму. И только потом, гораздо позже, сопоставляя многие ситуации, отчётливо понял: когда рядом с владыкой, когда с его молитвами, – всё выходит, всё получается!

А ещё, думаю, помогло нам то, что в тот первый приезд в Усть-Маю архиерей не только место под церковь в Петропавловске освятил, но и подстанцию…»

 

Чудесный владыка 

И таких случаев явной молитвенной помощи епископа Зосимы, как уверяет Немировский, в судьбе не счесть. Не только в производственных моментах. Удивительные вещи, связанные с владыкой, случаются в его жизни сплошь и рядом. Даже сейчас, несмотря на то, что он уже не на земле.

Например, после венчания старшего сына, когда Иван с женой выпускали на крыльце одной из московских церквей голубей, именно в этот миг (не раньше и не позже!) он позвонил из Якутска – благословить. Или когда на его похоронах Сергея Юрьевича трижды огромным скоплением народа относило от гроба и он в отчаянии взывал к нему: «Помоги! Я же не могу с тобой не проститься!», каждый раз непостижимым образом вновь оказывался рядом.

Или вот имя малышке: «Помню, приехал к родителям владыки Зосимы (а у меня с ними очень тёплые, практически родственные отношения) – на его 50-летие. Они открывают коньяк, приготовленный на золотую дату сына: купили эту бутылку, когда он родился. А вторая бутылка – та, которую он сам собирался на 50 лет откупорить. Сидим, разговариваем. Они спрашивают – как дочку-то назвали? Я: «Елизавета». Эмма Михайловна – в слёзы. Я понять ничего не могу. Она: «А ты не знаешь, что ли? Это же его самое любимое имя! Он всегда, когда девочек крестил, предлагал: «Давайте Елизаветой назовём!» Надо же, а мы так долго с женой выбирали…»

После того, как архиерей умер, в храме Рождества Пресвятой Богородицы в Крылатском, где живёт Немировский, появилась история церкви. И – икона священномученика… Зосимы. Так Сергей Юрьевич узнал, что, оказывается, протоиерей Зосима, которого звали «Крылатским», перед революционными гонениями являлся последним её настоятелем. Он был расстрелян и позднее причтён к лику святых.

Совпадения? Случайности? Немировский другого мнения: «Просто владыка всё время рядом…»

 

«Чётки» памяти 

Похоже, один архиерей другому героя нашего с рук на руки передал. Потому как «не случись храм в Петропавловске и часовни в Олёкминске, я бы и с нынешним епископом знаком не был…»

Первой из освящённых новым архипастырем на якутской земле часовен стала именно олёкминская, восстановленная Немировским.

Практически сразу после Олёкмы владыка Роман неожиданно предложил: «Не хотите в Сергиевом Посаде побывать?» «Я аж перекрестился. Мы же с владыкой Зосимой собирались! Никогда в этом месте не был, хотя мощи моего святого там, да и от Москвы недалеко…»

Новый епископ и доченьку-последыша у пояса Пресвятой Богородицы помог Немировским вымолить. А потом сам же её и окрестил. «Я лишь много позже узнал, что владыка для этого специально благословение у самого Патриарха Кирилла брал! Потому что, оказывается, в церкви, не принадлежащей его епархии, он не имеет права это делать…»

По собственному признанию Немировского, владыка Зосима изменил его мировоззрение. А что делает владыка Роман? «Я бы сказал – поддерживает тот огонь, который предыдущий епископ зажёг. А ещё он – азимут. И камертон.

У нас сложился хороший дружеский тандем. Очень много разговариваем. И я чувствую – с каждым днём всё ближе и ближе к вере православной становлюсь.

Вопросы, конечно, возникают. Если бы я стал священником, мне бы, может, было проще. Нет, пока мысли такой нет. Но ничего в этом мире нельзя отрицать на 100 процентов. Сейчас я просто хочу быть верующим. И полезным Богу».

Безусловно, Сергея Юрьевича привлекает харизма владыки Романа. И однозначно – его неутомимость и трудоголизм. «Сумасшедший ритм, а ещё – творческий подход к делу (потому что епископ переполнен идеями, которые, что важно, обрастают плотью), это притягивает, как магнит. Заряжаешься его энергией, его желанием успеть как можно больше и сделать как можно лучше.

Кроме того, сплачивают совместные командировки, ведь преодоление трудностей (а долгая дорога, да ещё в Якутии – это отнюдь не круиз по Средиземному морю!) объединяет.

В итоге в душе выкристаллизовывается то, что наиболее запомнилось – и из поездок по республике, и из паломнических по святым местам. Можно ли это сравнить с чётками? Вы знаете, наверное, да. «Чётки», которые перебираешь в памяти…»

 

Как на духу

— Сергей Юрьевич, вот первую свою церковь Вы построили в память об ушедшем отце. Скажите, а почему не раньше – когда в Хайфе в автокатастрофе вместе с нерождённым ребёнком погибла Ваша сестра, а Вы потом взяли в свою семью её старшего сына Славу?

— Сложный вопрос. Я Наташу любил и люблю. Было очень острое ощущение утраты, потери. Молюсь за неё, как и за владыку Зосиму, постоянно. Но, может, за 10 лет до первой церкви ещё просто время не пришло? Господь давал «вызреть»?

— Наверное… Давайте вернёмся к владыке Зосиме. Признайтесь начистоту: были моменты, когда, несмотря на его молитвы, в жизни и в бизнесе всё шло не так хорошо?

— Я не идеализирую, но, если честно… С ним вот абсолютно всё получалось!

— Тогда другой провокационный вопрос: а Вы не по инерции, случаем, до сих пор с епархией? Ведь иногда же и против «шерсти» в деле бывает!

— Порой кажется – всё плохо. Вот подстанцию построенную, к примеру, заказчик не выкупил. А в итоге… обернулось новым видом бизнеса. Я поначалу думал – надо продать. Ведь 228 миллионов (!!!) вынужден был занять. Проблема, между прочим! Такая сумма на дороге не валяется, да и в банках не каждому дадут. Пришлось побегать. Слава Богу, есть друзья. А по прошествии времени выяснилось – во благо. Просто на тот момент об этом не догадывался.

— Жена всегда одобряет Ваши проекты? Не призывает остановиться? Не говорит, что можно было бы одним Усть-Майским районом ограничиться, а восстановление мужского монастыря в Якутске оставить другим, к примеру?

— Она говорит: «Если тебе это нужно, то делай». А мне нужно! Насмотришься на правящего архиерея и тоже хочется свой вклад внести, помочь. Я-то могу заработать – там копейку, здесь. А другой не может. И потом, возраст уже такой приходит, когда о ПРАВИЛЬНОМ подумать пора…

— Мудрые евреи, когда деньги пропали, украли, потеряны, возносят хвалу: «Спасибо, Господи, что взял деньгами!» Вы к этому пришли?

— Уже давно. Всё переоценилось. И я очень благодарен Богу, что в моей жизни такой человек, как епископ Зосима, появился, перевернул сознание, смог глаза мне открыть на многие вещи. Раньше думал: хочешь что-то, получил желаемое – значит, хорошо. А не получил – значит, плохо. А это же не так. Взять ту же подстанцию – значит, действительно, нужно мне было испытание такое пройти – от отчаяния до принятия ситуации. Только тогда и результат появился…

— Рассказываю очередную притчу. Умер олигарх, стоит перед дверями рая. Выходит апостол Пётр. Интересуется: «Вы куда?» – «В рай!» – «Да нет, Вам в другую дверь!» и показывает на ту, на которой надпись: «Ад».

Олигарх (возмущённо): «Как?! Я же школам помогал, два приюта содержал, часовни с церквями строил, монастырь восстановил!!!»

Апостол Пётр (невозмутимо): «Ну хорошо, сейчас я узнаю о Вашей судьбе!» Уходит. Возвращается: «А Вам велено отдать деньгами!»

Вопрос: Вы не боитесь, что, если будете идти только по «внешней стороне», Вам тоже могут так ответить?

— А не с этой целью делается!

— Да ладно! Тогда с какой? Может, Вам, извините, просто деньги девать некуда?

— Почему-то все думают, что от избытка. А я бы хотел дом в Испании купить, дача у меня много лет недостроенная стоит… Наверное, хорошо иметь дом на побережье. Да вот только такого душевного подъёма, благодати не испытаешь. Можно и в хоромах жить, но кайфа нет. Когда поймал – хочется, чтобы было ещё.

— В чём же он?

— Ну вот смотрите. Возьмём строительство ЛЭП. Начинаешь работу – в тайге никого и ничего. Потом появляется линия. Опоры – стройняшки, такие красавицы, одна к одной. Провод блестит. Картинка с вертолёта – не передать! И в этот момент понимаешь – ты сделал людям хорошо. И от этого – кайф. Такое же чувство испытываешь, когда строишь часовни.

Завершили реконструкцию олёкминской – подошли три женщины лет по 55-60 с детишками. Вдруг – бух на колени. И ребятам говорят: «Кланяйтесь!» Я чуть сквозь землю не провалился! Настолько растерялся – то ли самому на колени падать, то ли их поднимать. Выбрал второе. Они – с благодарностью, с пожеланиями искренними. Понятно, что не для коленопреклонения вовсе делаешь. Но когда видишь, насколько это для людей важно, появляется чувство, что всё не зря.

Помню, крест на часовне устанавливали – торопились успеть к юбилею Олёкминска. Поздно уже, стемнело. А народ собрался, ждёт. Мужики-якуты проходят, кепки снимают, крестятся. Своими глазами видел! И вот такая обстановка – она вдохновляет что-то делать. Ради этого стоит жить, как бы высокопарно ни звучало.

Кстати, эта штука заразная! Я со своими друзьями общаюсь, рассказываю – вот, ничего в усть-майском «медвежьем углу» не было, а сейчас храм стоит. И не пустует! Через некоторое время смотрю – друг тоже церковь строит. В Мирном. Вообще хороших людей всё равно больше.

Из воспоминаний протоиерея Андрея Ткачёва: «Было время, я хотел выучить сто языков. И на каждом из них хотел рассказать людям евангельскую историю. «Пусть миллионы поверят в Иисуса Христа», – думал я и твердил наизусть турецкие фразы, французские глаголы и персидские пословицы.

А однажды случилось увидеть в торговом центре просящего милостыню корейца (а может, вьетнамца, кто их разберёт). Он не знал языка и не мог рассказать, как здесь оказался. Ему нужны были не деньги, а еда. Это читалось в его глазах.

Я взял его за руку и повёл к одному из фаст-фудов. Купил суп, хлеб, второе и сок. Ничего не сказал, но подумал: «Ради Тебя, Господи».

Это было пару лет назад. Языки я так и не выучил, а то была моя лучшая проповедь».

… «Проповедь» Сергея Немировского – построенные им часовни и храмы.

 

Татьяна ДАНИЛЕВСКАЯ

168 комментариев

  1. I dont know why people belive blindly. you know this a vedieo directed and edited. we knows this a drama. I don’t think any one feel so sorry with this vedieo, becuse this a directed a to give god belives to have some positive feeling about god. In the jungle stage we warship large trees, rocks. then sun, moon, fire. now some belives of a person who lived in few hundred years back. people needs to understand this reality and actuall story of human belives changes through past hundred years.

  2. Some US companies, like GM, tried the protectionist approach that some people here glorify. Keep the unsustainable worker benefits in force and things will be fine. We all know how that turned out. Smarter manufacturers, can still survive in the US without such protectionism and thuggery. See foreign car companies and Ford, mostly located in business-friendly states. Wages are still good and they are sustainable.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *